БЕЛЫЙ КАРДИНАЛ АЛЬТЕРНАТИВНОЙ СЦЕНЫ

Авторское

Автор: Дядька Черномор

Принципы… У всех вроде бы они есть, но все ли понимают, что они есть? Соблюдают ли их? Руководствуются ими ежесекундно?

В реальной жизни далеко не у всех есть какие-либо принципы, и не все понимают какова их природа, а уж тем более не все в состоянии на них опираться в своём поведении или мышлении. Стив Альбини – один из немногих людей, которые понял все эти правила. Человек, неиспорченный индустрией.

Известный музыкальный продюсер предпочитающий именовать себя звукоинженером, Стив Альбини – более чем неординарный человек. За свою музыкальную карьеру, которая длится с конца 1970-х годов, он успел принять участие в качестве вокалиста, композитора, гитариста, звукорежиссёра во многих своих музыкальных проектах, среди которых выделяются «Big Black», «Rapeman» и «Shellac», параллельно успевая управляться с сайд-проектами, записывать других музыкантов и заниматься музыкальной журналистикой. Всего Альбини сделал как звукоинженер примерно две тысячи записей. Среди его «клиентов» «Sparklehorse», «Nirvana», «Veruca Salt», «The Stooges», «Slint», «Pixies», «Jawbreaker», «Manic Street Preachers», «Cheap Trick», «PJ Harvey», «The Jesus Lizard», «Bush» и множество других исполнителей. Все те работы, которые они «наваяли» вместе со Стивом безмерно круты очень качественные, а некоторые прямо-таки эпохальны: к примеру, нирвановский «In Utero» (да-да, опять «Nirvana», которую я не шибко люблю, но уважаю) – абсолютно лучший их альбом в плане музыки на мой взгляд. Так в чём же «фишка» Стивена Фрэнка Альбини, которая делает его столь особенным и не похожим на кого-либо?

Сразу оговоримся: таких «фишек» две – Альбини старается минимально вмешиваться в процесс записи материала и никогда не берёт роялти от записанных им альбомов других групп, считая это оскорблением и обиранием музыканта. То есть, иными словами, у Альбини есть некая фиксированная такса по оплате, плюс у него есть плата за аренду его студии и за амортизацию его оборудования, опять же – это справедливо, если запись проходит на его стаффе и в его помещении. Если же запись идёт в другом месте, то шкала оплаты плавающая и зависит от двух последних факторов. Эта особенность является ключевой в работе Альбини, его принципиальным кредо: даже, когда Стиву предложили пятьсот тысяч долларов вместо ста за запись «In Utero» группы «Nirvana» и солидный процент с продаж, он гордо отказался. С другой стороны, никто и не мог прогнозировать столь солидные продажи: понятно, что «Nirvana» до «Nevermind» и с ним в обойме – это, как говорят в Одессе, две большие разницы, но всё же, несмотря на относительный спад продаж после суперуспеха (как оно обычно и бывает) – «In Utero» разошёлся тиражом в 25 миллионов экземпляров только в США, а это Вам, как говорил Хмырь из «Джентльменов удачи», «не мелочь по карманам тырить» – смело можно «покупать автомашину с магнитофоном, шить костюм с отливом и ехать в Ялту», как мечтал Косой всё в том же фильме. Все эти особенности являются причиной того, что лейблы и менеджеры считают Альбини «трудным»… впрочем – это взаимно – Стив всегда считал, что они обворовывают артистов, испрашивая чересчур большие деньги за распространение музыки и радиоротации. Кроме того, что Альбини сам старается не вмешиваться в процесс работы над музыкой, он не терпит вмешательства со стороны лейблов или высшего менеджмента, особенно тех его представителей, которые ответственны за репертуар группы, считая при этом, что музыканты сами знают что и как им играть и писать, разрешая порой даже самим им выбирать удачные дубли. Однако все эти особенности звукоинженера не снижают интерес к нему со стороны музыкантов, которые по-прежнему выстраиваются в очередь, чтобы записаться с ним.

При всём том, что Альбини старается не вмешиваться в процесс записи, он достаточно жёстко обходится с музыкантами, держа их «в чёрном теле», заставляя много репетировать, часто проживая чуть ли не с в одном доме с ними во время записи. Крист Новоселич вспоминал, что во время записи «In Utero» «Nirvana» находилась в условиях, сродни лагерным (здесь, конечно же, что речь идёт не о пионерском лагере), только и делая, что работая в поте лица, не имея возможности куда-то выйти и потусить.

Особенностями работы с Альбини также является то, что он всегда старается запечатлеть натуральную акустику и реверберацию комнаты – именно это во многом даёт «тот самый» звук его записям, по которым мы их часто и узнаём. Когда мы слушаем, например, альбомы «Surfer Rosa» группы «Pixies», «Pod» «The Breeders», «Rid of Me» «PJ Harvey», то они звучат не так вылизано и сфокусировано, как супермейнстримовые записи поп-звёзд или рок-альбомы «для всех», а более «концертно» что ли, но при это группа играет не на стадионе, а на квартирнике. Ещё одной особенностью звука является то, что Альбини часто не использует дабл-трек при записи вокала: того же Курта Кобейна на «In Utero» он писал просто в большой комнате одной дорожкой, при этом на сведении он стремится к тому, чтобы вокал не был сильно акцентирован в общем миксе как в большинстве аудиозаписей, и неважно, что ты поёшь – ядрёную «Milk It» или более приглаженную «Heart Shaped Box». Это также часто является причиной конфликта с лейблом. Кроме того, Альбини, в отличие о других звукорежиссёров, пытается всегда писать всё живьём насколько это возможно, а не записывать все инструменты и партии музыкантов по отдельности или кусочками, параллельно всё это редактируя. То есть музыканты играют как цельная команда в подходящем помещении, как будто у них идёт концерт, а вокруг них расставлены микрофоны. Выбору микрофонов Альбини также уделяет особое внимание, считая что правильный микрофон – залог успешной передачи атмосферы пространства и достижения желаемого звука. Ещё одной торговой маркой звука Альбини является агрессивный звук гитар и барабанов, который не всегда характерен для тех стилей, в которых работают записываемые группы. При этом ритм-секция далеко не всегда пишется под клик, так как метроном порой разрушает природный грув барабанщика. Кроме того, Альбини является ярым сторонником аналоговой записи и записи инструментов именно с помощью микрофонов, с минимальным использованием лоадбоксов, триггеров, а уж тем более он не приемлет какой-либо реампинг (привет, домашним писунам в звуковую карту: я понимаю, что вы, ребята, – нищеброды, но ладно вы бы только себя писали, так нет же, часто вы за это денюжки просите у неокрепших говнарских умишек – плохо так делать, а-та-та). Свою преданность аналогу Альбини выразил фразой  на обратной стороне «Songs About Fucking» «…будущее принадлежит верноподданным аналога. Нахрен цифру!».   

Стив Альбини никогда особо не жаловал лейблы, а они не жаловали его. В 1993 Альбини опубликовал небольшое эссе «Проблема с музыкой», где осудил привычный порядок дел в музыкальной индустрии. В нём Альбини на наглядном примере показал, как наживается индустрия шоу-бизнеса за счёт музыкантов, выплачивая им лишь ничтожную часть дохода с записей. В своей статье он производит расчёт всех доходов и расходов деятельности рок-группы, связанной контрактом с важным лейблом, сопровождая его словами «осталось произвести несложные расчёты, чтобы понять как здорово их отымели». В 2014 году Альбини выступил с заявлением уже иного рода, считая, что проблема с музыкой начала устраняться, а причиной чего во многом стал Интернет. Если раньше, для того, чтобы распространить музыку, Вы должны были идти на мейджор-лейбл, внедриться в сложную бюрократическую машину, давая при этом взятки всем, вплоть до поломойщицы, чтобы Вас взяли в оборот и устроили встречу с менеджером, который возможно станет распространять Ваши диски в «Wall-Mart», предварительно подвергнув цензуре всё то, что «не нужно», и неважно, что там «вся соль» Вашей музыки. Потом тоже самое надо было делать на «MTV» или на радио. Теперь же сотрудничать с ними не обязательно. Да лишним не будет, но это не всегда играет определяющую роль в Вашей карьере: теперь Вы можете свободно распространять музыку, клипы через Интернет, привлекать поклонников посредствам таргетинга, организовывать туры через электронную почту, договариваться с инди-лейблами в социальных сетях. Собственно Альбини так и поступает со своей группой «Shellac». Так что все, кто ноет, что всё плохо, потому что диски никому не нужны, может вы что-то не то делаете? Задумайтесь, Стив Альбини уж точно дерьма не советует.